Обойдя множество домов и набрав мешок угощении, молодежь собиралась в чьей-либо избе на посиделки: расшалившиеся и нагулявшие аппетит парни и девчата высыпали на стол все, что наколядовали, и устраивали веселую пирушку. Подкрепившись, пели, плясали, вели разговоры. Тут наступало самое время появляться ряженым. Рядиться любили в зверей (традиционно центральной фигурой святочного маскарада являлся медведь) или в нечистую силу, которая врывалась в избу с криками и воплями, а вскоре выпроваживалась на мороз, посрамленная. Эта игра имела символическое значение: перед великим праздником Рождества необходимо очистить жилище от злых духов.
Под Рождество девушки гадали на свою судьбу. Бывало, гадали и юноши. Это время «перезимья» было для молодежи веселым и беззаботным: осенние полевые работы оставались позади, а пора прясть и ткать еще не наступала. Из глубины веков дошло до нас множество способов гадания. Гадать было принято под Рождество, но ни в коем случае — в день Рождества. Вообще для гадания больше всего подходят три зимних вечера: под Новый год, под Рождество и под Крещение.
Собравшись за праздничным столом, христиане встречают Рождество Христово. Принято обмениваться подарками (эта традиция пошла от волхвов, которые преподнесли дары Младенцу Иисусу), поздравлять друг друга и загадывать заветные желания. Считается, что в эту священную минуту небо раскрывается навстречу земле и сами силы небесные внемлют просьбам людей: ни одно их желание не останется неисполненным. Разумеется, это касается только добрых желаний.
С благословенным днем Рождества связано множество примет и обычаев. Как и в другие большие православные праздники, в Рождество нельзя заниматься домашними делами. С Рождества до самого Крещения грех охотиться в лесу. В деревнях пастухи с утра «обсевали» избы — разбрасывали горстями овес, приговаривая: «По полу теляток, под лавкою ягняток, на лавке — ребяток!», или: «Ягнята за лавочкой, телятки у лавочки, а поросятки по всей избе!» Это действие способствовало тому, чтобы в Доме всегда был достаток. Следовало обильно посыпать зерном всех членов семьи, а хозяйке нужно было успеть наварить к завтраку большой горшок каши. На Рождество принято принимать гостей. В старину посиделки, игры, песни, обходы домов продолжались весь период, называемый Святками, который начинается в день Рождества, 7 января (25 декабря по старому стилю), и заканчивается 18 января (5 января по старому стилю). Святки — значит «святые вечера».
Молодежь собиралась на посиделки, чтобы только веселиться — девушки даже не брали с собой рукоделия, — и развлекалась песнями, гаданиями и играми.
Настали святки. То-то радость!
Гадает ветреная младость,
Которой ничего не жаль,
Перед которой жизни даль
Лежит светла, необозрима;
Гадает старость сквозь очки
У гробовой своей доски,
Все потеряв невозвратимо;
И все равно: надежда им
Лжет детским лепетом своим.
(А. С. Пушкин. «Евгений Онегин»)
Ряженые разыгрывали целые представления. Одно из самых популярных называлось «игрой в кузнеца». В дом входил «кузнец» — парень с перемазанным сажей лицом и с большим деревянным молотом в руках, а с ним — «старики» с приклеенными бородами. Сначала «кузнец» предлагал девушкам постарше «перековать» их на молодых, а когда те отказывались — принимался «перековывать» пришедших с ним «стариков». Один из них залезал под накрытую покрывалом лавку, а «кузнец» бил по ней молотом, и в результате вместо «старика» из-под лавки появлялся молодой парень. После того как все «старики» становились молодыми, «кузнец» принимался «ковать» девушкам подарки, а те должны были выкупать их поцелуями, перемазываясь при этом сажей на потеху всей компании. Играли также в «молчанку», в «фанты» и другие игры. Как правило, все они способствовали психологическому раскрепощению стеснительных молодых людей, которые в процессе игры могли познакомиться с девушками как бы «невзначай».
На протяжении Святок отменяются однодневные посты в среду и пятницу.
Рождество Христово — всенародно любимый праздник. Сейчас, когда к нам вернулись подзабытые на время обычаи предков, мы снова посещаем Рождественские богослужения, отправляем детей колядовать, устраиваем дружеские посиделки за праздничным столом и с неподдельным интересом гадаем на свою судьбу... В этот праздничный день рассказывайте детям о том, как появился на свет Младенец Христос, полистайте вместе с ними Библию в картинках...
Ярко звездными лучами
Блещет неба синева...
«Отчего, скажи мне, мама,
Ярче в небе звезд сиянье
В ночь святую Рождества?
Словно елка в горном мире
В эту полночь зажжена,
И алмазными огнями,
И сияньем звезд лучистых
Вся украшена она...»
«Правда, сын мой.
В Божьем небе
Ночью нынешней святой
Зажжена для мира елка
И полна даров чудесных
Для семьи она людской.
Посмотри, как ярко звезды
Светят миру там вдали:
Светят в них дары святые —
Для людей благоволенье,
Мир и правда для земли...»
Г. Гейне
Стояла зима.
Дул ветер из степи.
И холодно было
Младенцу в вертепе
На склоне холма.
Его согревало дыханье вола.
Домашние звери
Стояли в пещере.
Над яслями теплая дымка плыла.
Доху отряхнув от постельной трухи
И зернышек проса,
Смотрели с утеса
Спросонья в полночную даль пастухи
А рядом, неведомая перед тем,
Застенчивей плошки
В оконце сторожки
Мерцала звезда по пути в Вифлеем.
Растущее зарево рдело над ней
И значило что-то.
И три звездочета
Спешили на зов небывалых огней.
За ними везли на верблюдах дары.
И ослики в сбруе,
Один малорослей
Другого, шажками спускались с горы.
Светало. Рассвет, как пылинки золы,
Последние звезды сметал с небосвода,
И только волхвов из несметного сброда
Впустила Мария в отверстье скалы.
Он спал, весь сияющий, в яслях из дуба,
Как месяца луч в углубленье дупла.
Ему заменяли овчинную шубу
Ослиные губы и ноздри вола.
Стояли в тени, словно в сумраке хлева,
Шептались, едва подбирая слова.
Вдруг кто-то в потемках немного налево
От яслей рукой отодвинул волхва,
И тот оглянулся: с порога на Деву,
Как гостья, смотрела звезда Рождества.
Б. Пастернак
Обойдя множество домов и набрав мешок угощении, молодежь собиралась в чьей-либо избе на посиделки: расшалившиеся и нагулявшие аппетит парни и девчата высыпали на стол все, что наколядовали, и устраивали веселую пирушку. Подкрепившись, пели, плясали, вели разговоры. Тут наступало самое время появляться ряженым. Рядиться любили в зверей (традиционно центральной фигурой святочного маскарада являлся медведь) или в нечистую силу, которая врывалась в избу с криками и воплями, а вскоре выпроваживалась на мороз, посрамленная. Эта игра имела символическое значение: перед великим праздником Рождества необходимо очистить жилище от злых духов.